Васильковая поляна

Лёгкий шелк, играя, скатился по руке, обнажив удивительной красоты локоть. На безымянном пальце сверкнуло кольцо, горделиво подпирающее  изящество обручального.  
3759
Голубой бриллиант указывал на картину её галереи, которая никак не продавалась уже целый год. 
Известный петербургский художник, и такая странная тема.
Голубая, усыпанная васильками лужайка. Почти что не приминая траву, на солнце греются две женщины — мать и дочь. Мать — полная, уставшая, но очень счастливая женщина. Она жуёт травинку и со спокойным, радостным удовольствием поглядывает на свою дочь — стройную белокурую курносую девушку, что-то увлеченно рассказывающую и отчаянно жестикулирующую.

Сюжет картины не очень подходил к тематическому направлению её галереи. Она никак не могла себе объяснить, что заставило год назад забрать её у мастера во время последней поезди в Петербург и выставить у себя.
Было чувство, что должна это сделать, потому что именно в Нью-Йорке полотно должно найти своего покупателя. Консультанты с ней не спорили. Это было бесполезно. Решение принимала всегда только она сама. Профессиональное чутьё, проникновенное понимание мыслей и чувств, вложенных автором в свою работу, её никогда не подводило. Так случилось и на этот раз.

«Васильковую поляну» видели многие, восхищались простотой и душевной теплотой сюжета. Но не покупали. Экспозия обновилась уже почти что наполовину, а поляна никак не продавалась.

Начался упорный ноябрь, задул сильный зюд-ост, пошли дожди, и как-то субботним вечером незадолго до Дня Благодарения в галерею заглянули двое. Один — молодой, сразу начал строить глазки, оказалось, что тоже русский, из последней волны уральских миллионеров. Всё о себе сразу рассказал.

Второй — пожилой уставший господин с тростью в ониксовом набалдашнике. Он медленно двинулся вдоль экспозиции и вдруг остановился, как вкопанный, около «Васильковой поляны». Ему принесли стул. Он грузно уселся, потом встал и попросил принести себе кресло. Она села рядом и, пытаясь обратить его внимание на удивительный перелив васильковой реки, вдруг поймала себя на мысли, что только что видела, как «мать с картины» ласково улыбнулась ей и тихонько подмигнула, показав глазами на потенциального покупателя. В изумлении она перевела взгляд на пожилого господина и увидела, что он плачет.

Через час они сидели вчетвером, присоединился муж, в ресторанчике на углу соседней улицы и слушали рассказ пожилого господина о его деревенском детстве и юношестве. Оказалось, что «васильковые девчата» были самым удивительным образом похожи на его мать и сестру, погибших после известной аварии на станции.

На следующий день она сама занималась упаковкой «Васильков». Огромный, уплотнённый изнутри кофр был доставлен на специальной машине хозяина для перевозки картин. Он почти что уже скрыл своих героинь, дожидавшихся переезда в особняк своего теперешнего хозяина. Застёгивающаяся молния надвигалась на изображение сначала дочери — та оставалась спокойной, а потом и матери, которая снова улыбнулась ей и ласково подмигнула. На этот раз она ответила, улыбнувшись и поправив откидную часть чехла быстрым и ласковым движением своей нежной руки.
Она всегда знала, что каждая картина должна найти своего настоящего владельца.
Она всегда знала, что каждая бередящая душу струна, ищет своего отголоска в сознании другого, будь то произведение искусства, или просто повязанный на груди шарф.
Она знала, что её долг помочь им встретиться — картине, написанной художником для людей и тем, кто будет холить и лелеять холст, вызывающий в душе трепетные ассоциации, воспоминания или чутко-бередящие сознание эмоции, пробегающие тонкими ножками по лицу и уходящие глубоко в душу.
Лёгкий шелк, играя, скатился по руке, обнажив удивительной красоты локоть. Голубой бриллиант, горделиво подпиравший тонкое изящество обручального кольца, указывал дорогу большой машине, увозящей воплощение самых дорогих для одного человека воспоминаний.
Освободившееся место в демонстрационном зале тут же было занято. Переливающийся золотом и тёмной волной песок пустыни, одинокий путник на верблюде, и раскалённый жар небес.
- Я рада тебе. Чувствуй себя, как дома.
Началась новая история поиска друг-друга, в которой она была тонким, трепетным повадырём.
Обращайтесь!




Понравилось? Поделись с друзьями!
А еще можете поделиться своим мнением...
Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Защита от автоматических сообщений
Похожие записи
Женская душа
"Одиночество-сволочь"
Натуральная брюнетка, милая и стройная девушка по имени Таня Киселёва уже полгода жила в Москве. Получив в родном городе хорошее образование, она приехала к родственникам, пообещавшим в своё время её ...
Женская душа
Ты у меня одна
Если у тебя красивый муж, то нужен ещё и батог, для того, чтобы отгонять от него слишком настырных охотниц до чужого счастья…
Женская душа
Лара Моисеевна о свадьбе Собчак
Поездка в ЗАГС на катафалке - круто! В нём лежать надо, сидеть невозможно. А когда лежишь, становится видна вся подноготная, недоступная взгляду посторонних...
x